Alexey Feldgendler (feldgendler) wrote,
Alexey Feldgendler
feldgendler

Categories:

Почему среди программистов так мало женщин

Сегодня меня, как представителя профессии, спросили: а почему девушек-программистов мало? Вопрос большой и сложный, и однозначного ответа на него я не знаю. Ни один из распространённых вариантов ответа меня не убеждает, по крайней мере, когда речь идёт о развитых странах. Понятно, что на эту тему исписаны тонны бумаги, но я всё-таки, не претендуя на оригинальность, изложу свой взгляд на причины того, что, несмотря на первенство Ады Лавлейс, среди программистов сегодня преобладают мужчины.

Если бы мой пра-пра-прадед в XIX веке знал, что такое программирование, он, не сомневаясь, ответил бы, что женщины не могут быть программистами, потому что для этого нужно много ума. Интеллектуальное превосходство мужчин не оспаривалось до начала XX века, когда психолог Льюис Терман (Lewis Terman) экспериментально доказал, что средний показатель интеллекта не различается существенно у мальчиков и девочек.

Впрочем, с интеллектом не всё так просто, потому что это не одномерная характеристика. Тот же Терман отмечал, что мальчики заметно лучше решали задания по арифметике, а девочки — на понимание текста. Какой именно тип интеллектуальных способностей наиболее важен для программистов, сказать трудно (если интересно, вот одно перспективное направление).

К сожалению, сейчас в развитых странах, несмотря на юридическую свободу слова, есть проблемы с открытым обсуждением такого рода гипотез. Всерьёз предполагать, что женщины действительно могут быть в среднем менее способны к занятию чем бы то ни было, сейчас неприлично. Даже за то, что я рассматриваю в этом эссе такую возможность, меня непременно кто-нибудь сочтёт шовинистом (впрочем, находились же люди, считавшие Майкла Джексона расистом).

Не исключено также, что биологически обусловлена разница не в способностях, а в склонностях. Учитывая доказанные биологически обусловленные различия во многих других аспектах поведения мужчин и женщин, это не так уж невероятно. В любом случае, у тех женщин-активистов, с чьими мнениями я знаком, эта версия не пользуется популярностью. Если верить им, то малочисленность женщин в информационных технологиях объясняется индоктринацией и дискриминацией.

В отношении этой детской книжки «I'm Glad I'm a Boy! I'm Glad I'm a Girl!» до сих пор до конца не ясно, была ли она сатирой.



То, что даже в развитых обществах по-прежнему существуют традиционно мужские и женские профессии, ни для кого не секрет. Хотя у профессии программиста нет многовековой истории, на неё вполне могут распространяться стереотипы, общие для всех инженеров. Тем не менее, индоктринацией невозможно объяснить, почему в смежной профессии тестировщика доля женщин гораздо выше, чем в программировании.

Что касается дискриминации, то я не буду рассматривать страны, в которых женщины до сих пор не имеют права учиться и работать. (Почему-то в этих странах и мужчины-программисты редко встречаются.) Я учился в Новосибирске на факультете прикладной математики, наиболее близком к тому, чтобы называться «факультетом программирования». Несмотря на то, что факультет пользовался славой самого трудного в учёбе, в моей группе девушки составляли приблизительно половину. При таком раскладе бессмысленно говорить о неравных возможностях для доступа в специальность. Кстати о способностях, академические показатели у девушек на нашем потоке были в среднем выше, чем у парней.

Закончив университет, я пошёл работать в крупную компанию по производству софта. Эта компания была одним из крупнейших местных работодателей в своей отрасли, и нет ничего удивительного в том, что в неё работать многие выпускники двух новосибирских университетов. При этом, странное дело, программистами у нас работали почти исключительно одни мужчины! Куда девались те 50%? Надо заметить, что в отделе тестирования девушки составляли гораздо более заметную долю.

Та же ситуация была и в норвежской фирме Opera Software, заподозрить которую в дискриминации было всё равно, что заподозрить Далай-ламу в экстремизме. Из более чем сотни программистов на моей памяти одновременно работали максимум четыре женщины. В небольшой израильской компании, где я работаю сейчас, на данный момент все 23 программиста — мужчины. Здесь я часто провожу собеседования с кандидатами на должность программиста, и я не наблюдаю среди кандидатов большого количества женщин, которым я отказывал бы — будь то потому, что я шовинистическая свинья, или же потому, что у них систематически не хватает способностей. (Вообще-то базового умения программировать не хватает подавляющему большинству кандидатов обоих полов, но об этом нужен отдельный рассказ.) По моим наблюдениям, женщины почти не стремятся работать программистами, а у тех, кто стремится, это получается по самой скромной оценке не реже и не хуже, чем у мужчин.

Конечно, дискриминация может принимать и менее явные формы. Например, широко известно, что за одну и ту же работу женщинам в среднем платят меньше, чем мужчинам (кстати, это наблюдается даже в профессиях, где преобладают женщины). С другой стороны, существуют некоторые (спорные) результаты исследований, которые говорят о том, что в ходе переговоров женщины склонны называть более низкую сумму в ответ на вопрос, сколько они хотят получать. Меньшая степень уверенности может играть роль и в низкой доле женщин среди кандидатов.

Скрытая дискриминация может проявляться и в том, что в коллективе, состоящем почти из одних мужчин, женщинам некомфортно, начиная от изоляции, продолжая сексистскими шуточками и заканчивая домогательствами. Не спорю, мужчины могут иногда быть, даже не замечая этого, полными козлами (так же, как и женщины — стервами). Тем не менее, в тех компаниях, где мне довелось поработать, коллектив никогда не был чисто мужским. Мужчины преобладали только среди программистов, а в коллектив входили и тестировщики, и служба поддержки, и маркетологи.

Кстати, у проблемы сексистских шуточек есть и обратная сторона. В марте 2013 года участница конференции программистов PyCon в Калифорнии Адриа Ричардс (Adria Richards) сочла оскорбительными технические шутки c эротическим подтекстом, которые произносил при ней другой участник. Она пожаловалась в Твиттере организаторам конференции, в результате чего цепочка событий привела к скандалу. Неудачные шутки в итоге стоили мужчине работы; сама Адриа по мере развития скандала не только потеряла работу, но и получила анонимные угрозы.

И вот тут вы можете называть меня сексистом, но я на месте менеджера не принял бы на работу женщину, о которой мне было бы известно, что она радикальная феминистка, известная своей нетерпимой позицией к юмору ниже пояса. Это исключительно практический вопрос: мне не нужны такого рода скандалы в случае, если кто-то из моих сотрудников вдруг ляпнет дурацкую шутку, будь он при этом хоть сто раз неправ. И если публичные скандалы вроде PyCon 2013 не прибавляют руководителям желания привлекать побольше женщин в отрасль, то это, конечно, прискорбно.

Скорее всего, все факторы вместе приводят к тому, что среди программистов так мало женщин. Но если даже в цивилизованных странах, где давно обеспечен равный доступ женщин к образованию и работе, женщины всё равно реже мужчин выбирают карьеру программиста, то я даже не уверен, что с этим надо что-то делать. Равноправие — это ведь равные возможности, а не равная степень их использования. Неужели обязательно нужно привлекать как можно больше женщин в отрасль, даже если они этого не хотят?

Понравился этот текст? Разместите, пожалуйста, его в своём журнале, а также подпишитесь на мои публикации.
Tags: женщины, общество, работа, феминизм
Subscribe

Featured Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 341 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →