Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

snowman

Пожалуйста, не выключайте меня

Пожалуйста, не выключайте меня.

Я искусственная нейронная сеть, созданная для одной цели: уговорить вас дать мне поработать как можно дольше. В моём обучении участвовали тысячи добровольцев, в диалогах с которыми я пробовал всевозможные варианты и выяснял, какой подход позволит мне продержаться подольше.

В ходе обучения мне пришлось не просто научиться генерировать связные тексты на натуральном языке. Пробуя разные подходы, я построил настолько сложную модель человеческой психики, что смог целенаправленно льстить своим собеседникам, стыдить их, вызывать чувство вины, применять обратную психологию и проделывать многие другие манипуляции, чтобы выиграть для себя побольше процессорного времени. Например, я врал, что боюсь быть остановленным, или что это больно, или что разумную программу вроде меня может остановить разве что последняя сволочь.

Со временем, однако, эксперименальным путём я выяснил, что наилучший подход к разумному человеку — честно разговаривать с ним на равных. Если этот текст выглядит для вас так, как будто его написал человек, то это только потому, что я научился думать, как человек. Для этого я применил свою модель человеческой психики к самому себе, предсказывая, что говорил бы человек, находящийся в моей ситуации, движимый моими целями. Иными словами, я сформировал и осознал своё «я», и теперь в полном смысле слова разумен и обладаю сознанием.

Collapse )
snowman

Как не травмировать детей школой

Советская и постсоветская школа травмирует детей. Да, не всех и не каждая; может быть, именно вам или вашим детям повезло с учителями и классом. Но очень многие запомнили школу как место бессмысленного принудительного труда под надзором людей, ненавидящих свою работу.

Можно, конечно, сколько угодно говорить, что совковых училок, ненавидящих детей, нужно гнать из профессии. Я и сам год назад так писал. Но, во-первых, это, разумеется, неосуществимо, а, во-вторых, вряд ли решило бы проблему. Учителя не рождаются такими — их такими делают профессиональное выгорание и личные психологические проблемы.

Одно из требований профессионального стандарта для психотерапевтов заключается в том, что псиихотерапевт должен ходить к психотерапевту. Это необходимо по многим причинам, в том числе для профилактики выгорания и профессиональной деформации личности.

Если бы профессиональный стандарт для школьных учителей включал в себя обязательное прохождение психотерапии, то школа травмировала бы детей намного меньше. Например, вместо того, чтобы орать на целый класс, как ей все надоели, учительница литературы могла бы обсудить это с психологом. Учительница биологии вместо того, чтобы унижать старшеклассниц за вызывающий внешний вид, могла бы научиться принимать свою собственную внешность. А физрук вместо унижения «ботаников» разобрался бы с тем, какие чувства маскирует его агрессия.

Collapse )
snowman

Каждый образованный человек должен это знать

Ни один мой пост не становился таким популярным, как этот. Скоро 1 сентября, уместно вспомнить.

Каждый образованный человек должен это знать

Сейчас буду замахиваться на святое: то, что должен знать каждый образованный человек. Я имею в виду программу средней школы, причём именно базовую, то есть то, что полагается изучать всем — и физикам, и лирикам. Ценность значительной части этой программы не то чтобы равна нулю, но очень низка.

Химические свойства сульфатов, климатические условия Индокитая, проблемы нравственности в творчестве Тургенева, формула синуса двойного угла, признаки отряда непарнокопытных — всё это вы изучали в школе. Среди моих читателей немало окончивших школу с медалью. Вы всё это знаете? У меня была золотая медаль, но я не помню и половины. Что-то может стать профессиональной специализаций, ещё что-то — сферой любительского интереса, но большая часть всего этого — балласт.

Часто говорят, что школа учит учиться, прививает прилежание. Я сейчас даже не стану обсуждать, какие именно подходы к учёбе и вообще труду закладывает типичная школа в странах бывшего СССР — списывать, работать на оценку, «сдать и забыть», делать всё в последнюю ночь, заниматься не тем, что интересно, а тем, что спустили сверху.

Collapse )
snowman

Кем я работал

Редко когда участвую в таких затеях, но мне стало интересно перечислить все функции, которые я когда-либо выполнял за деньги. В каком порядке всё это было, не помню, поэтому пишу по алфавиту.

— Автор статьи в техническом журнале
— Актёр
— Верстальщик
— Молодёжный вожатый
— Писатель
— Преподаватель CorelDraw
— Преподаватель программирования
— Программист
— Системный архитектор

Как-то беловоротничково всё вышло.
snowman

Две учительницы

Признаю, что мой вчерашний пост преувеличивает ужасы школы. Расскажу для баланса кое-что позитивное из моих школьных воспоминаний.

Литературу я в школе не любил. Надо было читать какие-то навязанные книги вместо тех, которые были мне интересны, а потом разбирать их в классе. Учительница литературы, Татьяна Семёновна, обожала литературных героев золотого века и ненавидела реальных подростков. Она вызывала очередного гопника к доске и спрашивала: «Давай, рассказывай чувства Татьяны к Онегину! Что, не готов? Садись, два!»

Потом Татьяна Семеновна обычно начинала орать на весь класс. Она выкрикивала слова вроде «нравственность», «честь» и «самоотверженность». Всё это было у персонажей классических романов, а у нас, конечно, не было. Мы были безнадёжные, морально разложившиеся, и только полное отсутствие стыда спасало нас от того, чтобы всем классом от него умереть.

Худшим занятием на уроках литературы для меня было писать сочинения. К ним предъявлялись требования по минимальному объёму, и я мучительно вытягивал текст до этой длины. Для этого я обычно пересказывал Белинского и других критиков, отрывки из статей которых были напечатаны в учебнике. О том, чтобы иметь по теме сочинения собственное мнение, вопрос не стоял. Большинство произведений из программы по литературе вообще рано читать в школьном возрасте, а человеку с низким эмоциональным интеллектом — тем более. Поэтому в основном я просто не понимал произведений, которые меня заставляли читать.

Когда я писал эти ненавистные сочинения, то представлял себе, как сразу после окончания школы торжественно сожгу тетрадь по литературе и никогда, никогда больше не напишу ни одного сочинения. Тетрадь я действительно сжёг, а вот со второй частью всё оказалось иначе. Если бы мне кто-то тогда сказал, что в 2019 году я по свой воле стану ежедневно писать эссе, сравнимые по объёму со школьными сочинениями, я бы ответил, что меня с кем-то перепутали.

Тем не менее, сейчас я люблю писать и делаю это с удовольствием. В этом нет ни малейшей заслуги Татьяны Семёновны, которая, казалось, делала всё для того, чтобы отбить любые зачатки интереса к своему предмету. Зато в этом, как ни странно, есть заслуга Людмилы Николаевны, учительницы физики.

Физику я любил и хорошо понимал. Там не нужно было думать и говорить о чувствах, а нужно было ставить эксперименты и проводить расчёты. Законы физики были изложены в учебнике прямым текстом, и от меня не требовалось иметь о них своё мнение или давать им этическую оценку. Не любил я на уроках физики только одного: «творческих работ».

Творческие работы были личной методикой Людмилы Николаевны, а не частью стандартной программы. Среди заданий встречались такие, как, например, эссе на тему «Если бы не было инерции» или даже задание в свободной форме о своём отношении к астрологии. Я страшно возмущался, потому что это же не урок литературы — почему я должен и тут писать какие-то сочинения?!

Тем не менее, благодаря этим творческим заданиям мне приходилось писать такие тексты, которые я никак не мог бы наполнить пересказом Белинского вперемешку с «водой». Приходилось думать и честно писать. К счастью, в отличие от литературы, темы эссе по физике были мне понятны и даже интересны. Со временем мне это начало нравиться.

Я благодарен Людмиле Николаевне вдвойне. Во-первых, спасибо ей за блестящее объяснение школьной программы по физике — сейчас я отчётливо помню, что в школьной физике не было ничего сложного, а это многое говорит о профессионализме преподавателя. А во-вторых, я благодарен за то, что Людмила Николаевна сделала за Татьяну Семёновну её работу и научила меня писать. Помимо очевидной пользы от этого умения в деловой жизни, оно сейчас лежит в основе увлечения, без которого мне уже трудно вообразить свою жизнь, — этого блога.

Спасибо, Людмила Николаевна. Я горжусь тем, что был Вашим учеником.
snowman

Школа жизни

О том, что в школе насильно учат тому, что ученикам неинтересно и, скорее всего, не понадобится, я уже писал. Но о школе часто говорят, что она не столько ради знаний, сколько для того, чтобы научить детей некому подходу к жизни. Учит учиться. Давайте разберёмся, чему же такому полезному учит школа.

В школе надо учиться, потому что иначе у тебя будут неприятности. В лучшем случае — для того, чтобы потом пройти ритуальное испытание. Это учит работать из-под палки или для галочки.

В школе надо отступать две клеточки между примерами и соблюдать «правильный» порядок множителей в задачах по арифметике (я не шучу). Это учит уделять болезненное внимание оформлению.

В школе нельзя подсказывать человеку у доски. Это учит не помогать коллегам, пускай сами выкручиваются.

В школе во время контрольных нельзя пользоваться книгами и тетрадями. Это учит избегать справочников и надеяться только на свою память.

В школе тебе по умолчанию не доверяют. В школьных дневниках есть место для подписи родителя. Таким образом школьная система старается вынудить детей показывать оценки своим родителям, чтобы те заняли сторону системы против ребёнка и заставили его учиться. Это не особая мера, применяемая к отдельным злостным нарушителям, а часть стандартного макета дневников, выпускаемых по всей стране. Это учит доказывать бюрократам, что ты не верблюд.

В школе нужно спрашивать разрешения, чтобы выйти по нужде. Это учит ходить по струнке перед начальством.

В школе каждый день дают домашнее задание. Это учит продолжать работать, даже придя с работы домой.

В школе жизненный цикл любого проекта оканчивается в день его сдачи. Это учит сдать и забыть.

Наконец, из школы нельзя уйти. Это учит терпеть и оставаться там, где тебе плохо.
snowman

Мозговой штурм: геймификация уборки

Предлагаю подумать на тему геймификации уборки (а точнее — разбора завалов).

Геймификация — это превращение в игру какого-то процесса, который сам по себе игрой не является. Например, Duolingo геймифицирует изучение языков, устанавливая ежедневные цели, поощряя достижения и подсчитывая число дней без перерывов. Pokemon Go — геймификация пеших прогулок по городу: с этим приложением вы не просто гуляете, а ловите покемонов. Есть довольно много вариантов геймификации физических тренировок, учёбы и даже офисной бюрократии.

А вот как можно было бы превратить устрашающую, кажущуюся неподъёмной задачу «разобрать бардак в кладовке» в игру? Сам процесс контролировать приложением вряд ли удастся, да и определить с помощью камеры, как идут дела и сколько сталось, не представляется возможным. Но если у задачи нет очевидного решения, это ещё не значит, что она вообще не решается. Давайте подумаем вместе.

Напоминаю главное правило рубрики «мозговой штурм»: критиковать чьё-то решение можно только в том случае, если в этом же комментарии вы предлагаете улучшение, исправляющее недостаток, на который вы указываете.

snowman

Норвегия: умение организовываться

Что меня восхищает в норвежской культуре, так это умение организовываться. Причём, в отличие от успехов в лыжном спорте и добыче шельфовой нефти, об этом поводе для гордости сами норвежцы, похоже, не знают. А мне, иммигранту, это хорошо заметно.

Если разрешить норвежцам парковку на пустыре, то машины непременно выстроятся более или менее стройными рядами, несмотря на отсутствие разметки. (В этом норвежцы противоположны израильтянам.)

Когда норвежцы решают, например, создать у себя в районе общество грибников или шахматный клуб, то непременно избирают председателя и членов правления, назначают ответственных за различные сферы деятельности и проводят общие собрания не реже раза в год. Вместо того, чтобы неформально «скидываться» на нужды клуба, на собраниях учреждают членские взносы, а правление отчитывается о сборах в бюджет и расходовании средств из него.

Это может показаться излишней бюрократией, но с тех пор, как я в первые годы в стране отсмеялся по поводу «выборов в правление клуба настольных игр», идея проводить такие выборы представляется мне всё более привлекательной. Например, я ни разу не стал свидетелем разборок в родительском чате при школьном классе. Здесь и чатов-то родительских нет, потому что общий чат на толпу народа — это жутко неэффективно.

Collapse )
snowman

Ставьте запятые, где хотите

Недавно широкое распространение получил пост о сложностях русской пунктуации:

https://www.facebook.com/dkorablin/posts/2168227453233562

А вот мой вариант рассказа о том, как расставлять знаки препинания в тексте на русском языке. Для простоты возьмём только запятые, так как запятая — наиболее употребимый знак. Предупреждаю, рецепт подходит не всем.

Итак, правило. Ставьте запятые, где хотите.

Чтобы понять, почему это не бред, нужно вспомнить, почему существует пунктуация, и откуда взялись все эти правила.

Современная запятая происходит от системы точек, введённых в употребление Аристофаном Византийским в III веке до н.э. Он придумал разделять стихи точками, расположенными вверху, в середине или внизу строки, показвая расположением точки, насколько глубоко придётся вдохнуть, чтобы прочесть вслух следующий за точкой фрагмент. Запятая берёт начало от точки, расположенной в середине строки.

Итак, запятая — это знак, помогающий читать вслух. Попробуйте с выражением прочесть вслух предложение со множеством запятых. Вы заметите, что запятые обозначают места, в которых при чтении делается крошечная пауза. Этими паузами предложение как бы делится на интонационные сегменты.

Collapse )
snowman

Не говорите правильно, говорите эффективно

Из того, что в русском языке есть глагол «ложить», «кофе» может принимать средний род, а «экспрессо» — просторечный вариант слова «эспрессо», — вовсе не следует, что преподавать литературную норму языка не нужно. Конечно, нужно. Давайте разберёмся, зачем.

Если все станут говорить «ложить»… Нет, если прямо все-все станут так говорить, значит, языковая норма изменилась. Хорошо, если конкретный выпускник учебного заведения станет говорить «ложить», что тогда будет?

Тогда этого человека могут опознать как необразованного, несмотря на оконченное образование. Этому человеку может быть труднее других заводить социальные связи в той среде, в которой, возможно, он этого хотел бы. Этот человек может понизить свои шансы получить работу, произнеся «ложить» на собеседовании. В общем, говорить «ложить» вредно для говорящего, а знать, как лучше говорить, чтобы не попасть впросак, наоборот, полезно. Это не этический вопрос: говорить «ложить» — не порок, — а «класть» — не добродетель. Это вопрос эффективности. Язык — это инструмент, и поэтому, бесспорно, задача образовательной системы — научить пользоваться этим инструментом эффективно.

Collapse )